кравища и внезапно КВЕЙК

За окном набирает силу холодный осенний дождь. Я молча смотрю, на тугие струи в свете оранжевых фонарей. Это красиво. Это похоже на сцену из старого нуар-детектива, на музыку Weather Report, и наверное еще на кучу утонченных вещей из перечня предпочтений выпускницы фил.фака.

Корпорация добра неожиданно для всех буквально пизданулась, причем на пятерку, да еще и с плюсом. что характерно.
ничего экстраординарного, но вот конкретно от них, я почему-то именно ничего подобного не ожидал.
Особенно смущает, что вроде как пикасы с ридером оно тоже коснется. Я кроме поиска, документов и календаря ничем не пользуюсь, но все равно как-то не спокойно.

Good night, sweet google, йоба.

Поток пассажиров с самолета иссякает. Становится ясно, что он снова не прилетел. Как и вчера. Как и неделю назад. Неужели он решил наконец сдержать свое обещание? Это было бы грустно, хотя и закономерно.

Меня тут часто спрашивают: не извращенец ли я? Обычно я отвечаю как-нибудь почти односложно, зато с вялой потугой на остроумность. Однако в последнее время меня спрашивают так часто, а шутки юмора мои получаются настолько не смешными, что пожалуй мне придется быть чуточку менее кратким, чем обычно. И наверное все же чуть менее остроумным. И так.

Мы будем пить матэ двойной эспрессо блеядь! , завернувшись в клетчатый плед, и говорить об отношениях, а потом появится гигантский летающий скат, и убьет нас всех своим смертоносным лучом из глаз. Вот такая культурная программа.

Меня колотит мелкой дрожью. Это первое, что я осознаю. Холодно. Тут чертовски холодно. Я лежу в позе эмбриона крепко-крепко обнимая ледяное, пропитанное моим потом так, что впору выжимать одеяло. Я лежу, и пытаюсь обнять его еще крепче. Сжаться, чтобы быть меньше, чтобы не отдавать тепло в окружающее пространство.

дада, сотона, письки

Когда у меня кончается ресурс, я становлюсь ужасно мерзким.